«Я вместе с ней плакала, когда полиция проводила дознание»

Опубликовано:
«Я вместе с ней плакала, когда полиция проводила дознание»

История о том, как трудно лишить родительских прав растлителя малолетних

 

Театр

«С тех пор, как мы с Юрием стали жить вместе, я перестала куда-то ходить, перестала встречаться с друзьями, в основном сидела дома», — рассказывает Алена из Петербурга.

Подруга подарила ей на день рождения билеты в театр. Юрия тоже пригласили, но он отказался. На самом деле в этот вечер Юрий следил за Аленой, и, когда та вернулась домой, жестоко избил, разорвал на ней одежду, угрожал выстрелить ей в голову из травматического пистолета.

На тот момент они уже пять лет жили в гражданском браке. Алену все устраивало, особенно отношения Юрия и ее маленькой дочери Любы. Он казался подходящим на роль отца. Алена была матерью-одиночкой, ее саму воспитывала бабушка, поэтому она очень хотела, чтобы ее дочь росла в полной семье.

Тем не менее после нападения Алена выгнала Юрия, около месяца они не жили вместе. Но дочка скучала, просила не выгонять папу. «Бабушка говорила, что я сама виновата, зачем вообще пошла в театр», — говорит Алёна.

В итоге она поверила в то, что сама спровоцировала нападение, и простила Юрия. Они поженились, и Юрий предложил удочерить Любу. Чтобы была одна фамилия, чтобы была полная семья, чтобы у ребенка в свидетельстве о рождении был отец — так он объяснил Алене свое намерение. В браке Алена родила от Юрия второго ребенка, тоже девочку.

 

Отчим

В этой истории мы не назовем ни одного реального имени, кроме имени адвоката Центра защиты пострадавших от домашнего насилия, поскольку речь пойдет о сексуальном насилии над несовершеннолетней. Адвокат Галина Ибрянова курирует несколько судебных процессов по искам Алёны, которые сопровождает Центр.

«Алена обратилась к нам через онлайн-приемную на сайте Консорциума в 2018 году,  сообщила, что подвергается насилию со стороны бывшего мужа, что он ее регулярно избивает, несмотря на то, что они проживают раздельно», — рассказывает адвокат.

В процессе работы адвокату также стало известно, что старшая дочь Алены подвергается сексуальному насилию со стороны отчима. Алена рассказала, что неоднократно обращалась по этому поводу в полицию и прокуратуру, но там ее обращения не принимали всерьез. К тому же дочь все отрицала, если с ней на эту тему общались правоохранители и органы опеки.

Спрашиваю у Алены, задумывалась ли она о возможных рисках, когда давала согласие Юрию на удочерение? Ведь у приемного отца такие же права на ребенка, как и у родной матери.

«Я об этом тогда не задумывалась. К тому же на тот момент я не умела за себя постоять, мои личные границы можно было легко нарушить. Я всегда уступала», — отвечает Алена.

Даже если с мужем возникали ссоры и ситуации, которые ей не нравились, Алена убеждала себя, что раз уж выбрала человека, надо с ним жить, надо терпеть… Зарабатывал Юрий неплохо, но большую часть денег отправлял родственникам в деревню в Псковскую область. Туда же, к матери Юрия, на отдых ездила Люба.

Когда Люба подросла, Алена стала замечать «странности» в поведении мужа. Например, на даче он мог при детях нагишом выйти из бани. Именно в деревне отчим в первый раз напал на Любу: затащил ее в постель и пытался изнасиловать, но не успел (его спугнули, когда он надевал презерватив). Алена узнала об этом лишь когда дочь вернулась домой. Любе было 12 лет, она пребывала в стрессе и в панике.

Алена обратилась в прокуратуру, но там ее высмеяли: сказали, нет ничего странного (незаконного) в том, что мужчина ходит голым и затаскивает падчерицу в постель. Шутили, что может быть у них в семье такие традиции…

С рождением второй дочери Алена попала в полную материальную зависимость от Юрия. Младшая требовала постоянного внимания. Тем не менее после нападения на Любу Алена хотела порвать с мужем. Однако тот просил прощения, дал обещание, что этого больше не повторится, сделал всем дорогие подарки…

 

Дядя

На некоторое время Алене показалось, что все наладится. Со всех сторон ее убеждали, будто бы подозрения ложны. Но летние каникулы в деревне с родней мужа закончились изнасилованием Любы. Ей было 13 лет.

Насильником оказался родной брат отчима Георгий.  Сначала он взял девочку силой, потом клялся в любви и снова насиловал. У Любы не было сил сопротивляться взрослому мужчине. Обратиться за помощью к родственникам отчима она боялась, но матери по возвращении домой рассказала.

Первые следственные действия проводились в Псковской области (по месту совершения преступления). Алена рассказывает: «Я сидела с Любой и вместе с ней плакала, когда полиция проводила дознание. Отношение этих людей было ужасающе, оскорбительное. Спрашивали: это она что ли его совратила?».

Юрий решительно встал на сторону брата. Он угрожал, запугивал, оскорблял Любу, избивал Алену. «У Любы начался серьезный кризис, потому что Юрий говорил, что из-за нее брата посадят. Она хотела уйти из дома, жить не хотела, — говорит Алена. — Я ее дома удерживала силой, вызывала скорую психиатрическую помощь. Но врачи говорили, что это она мне за что-то мстит. Не приезжали».

Пока в Псковской области шел судебный процесс, Юрий терроризировал Алену и свою приемную дочь, препятствовал следствию: отобрал у Алены мобильный телефон, не давал денег на содержание детей. Алена с детьми сидели без денег, без связи, копились долги по квартплате. Она тайком писала на Юрия заявления в полицию.

Из-за его постоянных угроз и нападений Алене каким-то чудом удалось попасть в программу защиты свидетелей и несколько месяцев они с детьми жили в выделенной им квартире под защитой полиции.

Но еще до решения суда по изнасилованию полицейские внезапно попросили Алену написать отказ от госзащиты, мотивируя это тем, что закончился ее срок. Хотя, как выяснилось позже, Алена с детьми могли оставаться под защитой полиции еще год. Так Алена с дочерями остались без гроша в одной квартире с агрессором.

Поскольку Алене пришлось вернуться с детьми в их общую квартиру, Юрий продолжал их терроризировать. Он говорил, что если его мать умрет от горя или если с братом в тюрьме что-нибудь случится, он убьет их обеих.

«Он подходил ко мне с бейсбольной битой, постукивал ею мне по телу или по мебели в моей комнате, и обещал убить или посадить в инвалидную коляску», — говорит Алена.

Юрий оплачивал брату услуги адвоката. Насильнику, надругавшемуся над ребенком, дали положительные характеристики с места работы, из армии, суд также учел, что у него старая больная мать… В итоге Георгий получил минимально возможный по такому делу тюремный срок – три года.

«Я согласилась с решением суда, с тем, что насильнику дали всего три года, потому что до смерти боялась бывшего мужа» — говорил Алена.

 

Перелом

Юрий до сих пор остервенело бьется за возможность вмешиваться в жизнь детей, регулярно с ними видеться, оставаться наедине, брать на выходные. Он оспаривает все судебные решения. Он даже подавал иск о лишении Алены родительских прав, воспользовавшись тем, что у Любы случился очередной психологический кризис, когда, отбыв срок, Георгий вышел из тюрьмы. Отчим убедил девочку, что дядя ей отмстит…

К слову сказать, Алена выполняла решения суда о порядке общения с детьми и не препятствовала Юрию общаться с дочерями, но в их общую квартиру заходить боялась. Встречалась с ним только в людных местах.

Право видеться с детьми Юрий использовал для того, чтобы издеваться над Аленой, избивать ее. Например, подкарауливал утром возле подъезда, бил ее кулаками и ногами, опрокидывал на землю, затем отбирал младшую дочь и увозил к себе. Мог удерживать ребенка неделю, заманивая бывшую жену в квартиру. При этом говорил, что там он ее убьет или покалечит.

Однажды его план почти сработал. Ему удалось заманить Алену в квартиру под тем предлогом, что младшая дочь не хочет одеваться без нее (Алена должна была забрать дочь после свидания с отцом).

Когда Алена оказалась в квартире, бывший муж попытался принудить ее к сексу, а когда та ему отказала, начал наносить удары по груди в область сердца. Дети при этом испугались, пытались спрятаться в другой комнате, но Юрий силой приволок младшую в комнату и заставил смотреть, как он бьёт Алену, приговаривая: «Смотри, как папа наказывает маму!».

На крики прибежала соседка, это позволило Алене скрыться от агрессора. Соседка оказала ей помощь, вызвала «Скорую» и полицию. Но и в этот раз полиция отказалась возбуждать дело, а «Скорая» не описала травмы должным образом. После этого случая бывший муж продолжил нападения. Судя по всему, системное бездействие полиции и полная безнаказанность развязали насильнику руки.

«Он мне вывернул руку, ему ничего не было, даже административку не завели. Он в присутствии органов опеки меня ударил, я получила сотрясение мозга, ему опять ничего не было. Ударил по лицу сотрудницу органов опеки – тоже ничего не было ему. Хотя все на него заявления писали», — рассказывает Алена.

Время после избиения в квартире стало одним из самых сложных. Люба, опасаясь, что отчим убьет или покалечит мать, постоянно меняла показания: то подтверждала то, что видела избиение, то отказывалась от своих слов.

 

Люба

Серьезные проблемы у Любы начались после изнасилования. Она стала плохо учиться, у нее случались психологические срывы, всплески агрессии (в том числе аутоагрессии – к себе самой). Алена обращалась с этим за психологической помощью в разные благотворительные проекты и социальные службы, но психологи не помогали. Психотравму, связанную с сексуальным насилием, они не прорабатывали.

На тот момент Алена уже развелась с Юрием, подала на алименты, а также обратилась в суд с целью лишить его родительских прав на обеих дочерей. Это оказалось крайне сложно: она дважды проигрывала суды.

Алена подозревала, что отчим продолжает растлевать девочку. Но та отказывалась это признавать.

В школе учителя задавали Алене вопрос, не кажется ли ей, что у отчима совсем не родительские отношения с падчерицей? Что она могла ответить? Рассказать, что полиция и прокуратура не обращают внимания на ее обращения? Или что она не может помешать отчиму видеться с девочкой, потому что его не лишают родительских прав?

Когда в 2016 году Алена подала в суд на лишение Юрия родительских прав, тому удалось запугать Любу до такой степени, что она согласилась жить с ним в одной квартире.

«Она его очень боялась, он ей сказал, что если она скажет мне о сексуальном насилии с его стороны, то он меня убьет, — говорит Алена. — Она меня любит и боится за меня. Она уговаривала меня не ходить на суд, когда рассматривали заявление по сломанным ребрам, простила простить его, потому что боялась за мою жизнь».

Люба заговорила только в 2019 году. Алена рассказывает: «Надо мной все смеялись, когда я говорила, что он растлевает дочь, считали меня истеричкой. Думали, я его оговариваю. Но когда был третий суд по лишению его родительских прав, Любу допрашивали. И мой адвокат задала ей вопрос, нарушал ли отчим ее половую неприкосновенность? Люба ответила утвердительно».

Это стало возможно благодаря общению девочки с психологом петербургского Кризисного центра для женщин, которая целенаправленно начала прорабатывать с девочкой проблему сексуального насилия. Благодаря этой помощи Люба вернулась от отчима к матери, после года психотерапии.

Спрашиваю у Галины Ибряновой, есть ли возможность привлечь отчима к ответственности за растление малолетней?

«Привлечь можно. Но у девушки тяжелое психологическое состояние, она не готова к судам. Это сложный этический момент, — поясняет адвокат. — Мы разъяснили, что у нее есть такое право и что мы можем оказать такую помощь, но это должно быть ее решение».

Несмотря на то, что скорее всего суда над отчимом-растлителем не будет, адвокаты Центра защиты пострадавших от домашнего насилия добились лишения его родительских прав. Судебное заседание состоялось в июне 2019 года. Как и следовало ожидать, он обжаловал и это решение.

Алена говорит: «Он хочет младшую дочку забирать к себе каждые выходные. Но она его очень боится после того, как увидела, как он мне ломал ребра. Ей сейчас 7 лет, она хочет ему отомстить, просит записать ее в спортивную секцию на боевые виды спорта, чтобы меня защищать».

Галина Ибрянова так комментирует процесс: «Выиграть это дело было реально, но суд требовал дополнительных доказательств, я бы сказала, чрезмерных. Хотя в семейном кодексе четко указано, что насилие в отношении другого родителя является поводом для лишения родительских прав.  И мы эти доказательства предоставили. Думаю, апелляционный суд оставит первоначальное решение без изменений».

Алена говорит: «Мне очень помогают с юридической поддержкой в вашем Центре, я сама не справилась бы. Когда я была без адвоката, все суды выигрывал он, судьи были на его стороне, меня они даже слушать не хотели. Поэтому в 2016 году у меня опустились руки. Только благодаря помощи Центра я снова стала бороться за детей и за свою жизнь».

 

 

Наталья Биттен

 

Проект реализуется с использованием гранта Президента Российской Федерации на развитие гражданского общества, предоставленного Фондом президентских грантов.

Обратиться за бесплатной юридической помощью можно, заполнив форму обратной связи на нашем сайте

Консорциум проводит сбор средств на оказание бесплатной юридической помощи жертвам домашнего насилия. Юристы оказывают консультации и сопровождают судебные процессы, помогая женщинам по всей России. Вы тоже можете помочь, если поддержите наш проект финансово. Оформить разовое или регулярное пожертвование можно по этой ссылке>>>