fbpx

“Полиция уезжала, постояв у двери”: соавтор закона о домашнем насилии — о том, как защитить женщин

Klops.ru

В конце ноября на ул. Чернышевского убили 35-летнюю калининградку. Расправу с бывшей супругой  житель Кемерова спланировал заранее. Родители женщины уговаривали её заявить на преследователя в органы, но она считала, что “полиция ничего не сделает”.

Руководитель Центра защиты пострадавших от домашнего насилия при Консорциуме женских неправительственных объединений, адвокат Мари Давтян входила в рабочую группу по разработке законопроекта “О профилактике семейно-бытового насилия в РФ”. Она рассказала “Клопс”, почему пострадавшие беззащитны и зачем нужен специальный закон.

— Можно ли описать типичную картину домашнего насилия: кто эти агрессоры и их жертвы, какую позицию занимают последние — терпят или пытаются бороться?

— Домашнее насилие — это систематическое явление. Это значит, что тираны не останавливаются на одном акте насилия — они делают это систематически. Издевательства становятся всё более жестокими, а периоды “затишья” всё более короткими.

Пострадавшие от домашнего насилия люди живут в постоянном страхе за безопасность — свою и родных. Ведь агрессору хорошо известно, где работает или учится жертва, где живут её родные и друзья, у которых она может прятаться. Нередко бытовые агрессоры начинают преследовать, когда жертва решается разорвать отношения.

— Какое положение в этих ситуациях занимают дети, родственники?

— Дети-свидетели домашней тирании получают такую же серьёзную психологическую травму, как и дети-жертвы насилия в семье. К тому же малышам свойственно перенимать модель поведения родителей, поэтому очень часто дети-свидетели домашнего насилия становятся тиранами или безропотными жертвами в собственных семьях.

Очевидно, что бытовое насилие представляет особую опасность для общества, оно влияет на всех членов семьи. Пострадавшим от него нужны особые помощь и поддержка: доступ к бесплатной психологической и юридической помощи, кризисные центры, в которых можно было бы остаться с детьми на время, а также меры защиты от агрессора и его преследований. 

— Тирания начинается с ссоры?

— Важно отличать домашнее насилие от конфликта. Для второго характерно равенство сторон в отношениях и отсутствие страха у оппонентов. В ситуации домашнего насилия агрессивные действия используются для установления власти и контроля, подавления одним партнёром другого. У пострадавшего возникает чувство страха и беспомощности. Поэтому использование медиации или семейной терапии в ситуации семейного насилия недопустимо.

Как правило, насилие в семье носит циклический характер. В ситуации насилия принято выделять четыре фазы: нарастание напряжения в отношениях, эскалация насилия, примирение, спокойный период.

Для большинства случаев характерно многократное повторение этого цикла с постепенным усугублением характера насилия и сокращением спокойного периода в отношениях. Чёткое определение того, на какой стадии находится ситуация насилия в семье, даёт возможность своевременно обеспечить безопасность, предотвратить совершение новых актов агрессии.

— Мари, в российских законах нет понятия “преследование”. А есть ли какой-то эквивалент? Что вообще у нас есть?

— Нет, такого эквивалента нет. В России отсутствует специальное законодательство, направленное на борьбу с домашним насилием. Для защиты потерпевших возможно использование нормы уголовного, семейного, гражданского законодательства, а также административного кодекса. 

Речь о статьях 6.1.1. КоАП РФ “Побои”,  116.1. УК РФ “Нанесение побоев лицом, подвергнутым административному наказанию”,  117 УК РФ “Истязание” и 119 УК РФ “Угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью”.

— Вот 119-я статья “Угроза убийством” — есть печальные примеры, когда она просто не работала . Жертва предвидела свою гибель и просила о помощи, но за неё никто не заступился.

— К сожалению, в нашей практике немало дел, когда жертва не получила помощи. Например, одно из последних, которое ведёт наш центр — убийство молодой женщины, матери годовалой девочки в Кунцево.

Сожитель Екатерины Телькиной жестоко забил её до смерти, а после расправы он двое суток провел с годовалой дочерью в квартире. Родственники обеспокоились молчанием Екатерины, приехали к ней домой и нашли девушку убитой.

Она много раз писала заявления о побоях в полицию. В день убийства сотрудников несколько раз вызывали и соседи, которые слышали крики, доносившиеся из квартиры. Однако полиция, формально постояв у дверей, уезжала обратно — попыток выяснить, что происходит внутри, никто не предпринимал.

— Охранный ордер, обязательные психологические курсы или, может быть, отслеживание агрессора по GPS. Можете рассказать, каким вы видите закон о домашнем насилии в идеале, чтобы он действительно мог защитить жертву?

— Для эффективной профилактики домашнего насилия нужен целый комплекс мер. В первую очередь, чтобы бороться с каким-либо явлением с помощью законов, этому явлению надо дать определение, описать его виды, определить права пострадавших и полномочия государственных органов для принятия мер в такой ситуации.

Особое место занимают “защитные предписания”, которые могли бы по просьбе пострадавших оградить их от агрессора и его преследований и тем самым предотвратить повторное насилие. Защитные предписания — это временные меры, они могут запрещать преследование, приближение к потерпевшему — его месту работы или учебы, — или заставить агрессора временно покинуть дом, где живёт потерпевший.

Пострадавшие от домашнего насилия очень часто нуждаются в кризисных центрах, где они бы могли укрыться от обидчика, а также в помощи психологов и юристов. Пережившим домашнее насилие необходима социальная поддержка, благодаря которой они смогли бы начать новую жизнь: найти работу, получить дополнительное образование, решить вопрос с жильём.

Кроме этого, государственные органы и службы — полиция, медики, социальные работники — должны иметь специальную подготовку по этой категории дел, регулярно проходить повышение квалификации, постоянно сотрудничать друг с другом, чтобы оказывать помощь максимально эффективно.

— Кто должен быть первым надёжным заслоном для женщины — полиция или чиновники? Может, в других странах уже есть рабочая схема по действиям в такой ситуации?

— Домашнее насилие — это нарушение прав человека. Конечно, оно должно расследоваться и наказываться государством.  Но суровая “уголовка” — не панацея, и этого совсем не достаточно. Уголовное наказание может применяться уже после совершения серьёзных актов насилия, а между тем нужен целый комплекс мер для того, чтобы предотвратить насилие в семье. Самое главное — помочь пострадавшим и защитить их.

Насилие в отношении женщин и насилие в семье является формой гендерной дискриминации, нарушением человеческих прав. Эта позиция неоднократно подтверждена в практике ЕСПЧ и Комитета по ликвидации дискриминации в отношении женщин. 

Эти органы ведут мониторинг соблюдения “Конвенции о защите прав человека и основных свобод” и “Конвенции о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин”. Став участницей указанных договоров, Россия приняла на себя обязательство гарантировать, что  представители власти будут действовать в соответствии с международными стандартами. В частности, сотрудники правоохранительных органов и судов обязаны учитывать эти нормы при вынесении решений. 

Международный опыт показывает: если проводить регулярные и масштабные просветительские кампании, в обществе постепенно появится атмосфера нетерпимости к домашнему насилию.

Вывод однозначен: пока не будет принят специальный закон против бытового насилия, ситуация не изменится к лучшему. Более того, она может ухудшиться под влиянием социально-экономических проблем, а также из-за распространённых в обществе мифов о якобы “традиционности насилия в семье” и нежелания некоторых людей расстаться с монополией на тиранию. 

Когда год назад Совет Федерации опубликовал проект закона о профилактике домашнего насилия, я сразу сказала: “Ни одну потерпевшую, чьи дела я вела, я не смогу защитить этим законом”. 

Более того, он не обсуждался с правозащитниками и членами рабочей группы по разработке законопроекта. Закон должен применяться в ситуациях физического, психологического, экономического и сексуального насилия. Это принципиальный аспект, который убрали. А ещё в текст не вошли те защитные меры, которые нужно применять. 

За последние два года “Клопс” не раз писал о домашней деспотии:

— В Калининграде 20-летний парень избил в магазине бывшую жену, которой досаждал после развода. 

— Жительницу Балтийска преследовал и избивал экс-супруг. 

— Ещё одной калининградке пришлось пережить нападения и угрозы убийством в адрес шестилетней дочери. 

— В Неманском районе мужчина зарезал гражданскую жену в магазине, где она работала.

Поделиться:

Share on facebook
Share on twitter
Share on vk
Share on odnoklassniki
Share on telegram
Share on whatsapp