fbpx

“Нам будет очень сложно работать”: Анастасия Ермолаева о внеплановой проверке нижегородского кризисного центра для женщин

Нижегородский кризисный центр для женщин появился в 2003 году с объединения группы волонтеров, имеющих квалификацию и желание помогать пострадавшим от домашнего насилия. Сегодня Центр остается единственной в регионе организацией, комплексно оказывающей помощь: юридическую, психологическую, по устройству в убежище и обучению специалистов. 

Руководительница Центра Анастасия Ермолаева входит в экспертную при Общественном совете МВД Нижнего Новгорода, дважды была членом ОНК по Нижегородской области, действующий член Попечительского совета в социальной сфере при Правительстве в Нижегородской области, а летом 2020 стала победителем Конкурса «Призвание — НКО 2020» в номинации «Профессионал в сфере управления НКО».

Мы поговорили с Анастасией Ермолаевой о работе с проблемой домашнего насилия, взаимодействии с чиновниками и МВД и о том, к каким последствиям приведет признание организации иностранным агентом. Правозащитница рассказала, что второго декабря она получила уведомление от Минюста о внеплановой проверке организации. В Центре уверены, что цель проверки — признать НКО иностранным агентом.

Анастасия Ермолаева
  • По инициативе вашего Центра была создана коалиция «Вместе против насилия», объединяющая организации Приволжского федерального округа (ПФО), работающие с проблемой домашнего насилия. В чем заключается задача этой коалиции? 

В неё входит десять регионов ПФО. Мы организовались в 2018 году и стали проводить семинары для этих регионов с целью внедрения единой системы предотвращения насилия в семье.

В этом направлении мы работали вместе с министерством социальной политики. Это оказалось очень востребовано. Мы объездили все регионы, а потом начали приглашать на наши семинары в Нижний Новгород. К нам приезжали и общественные организации, но в основном работа велась со специалистами по социальной работе, с психологами, которые работают в государственных учреждениях.

  • Вы возглавляете организацию с 2003 года. Изменилось ли отношение к проблеме в обществе и у чиновников? 

Мы были созданы в 2003 году Союзом женщин России и оказываем психологическую помощь женщинам и детям, пострадавшим от насилия, предоставляем им убежище для временного проживания, работаем с молодежью по профилактике жестокости и контролирующего поведения, работаем с лицами, уже совершившими насилие (условно осуждёнными) на базе ГУФСИН.

Мы единственная в Нижегородской области организация, которая работает с этой социальной проблемой. Отношение к проблеме изменилось, но кажется, что скорее, внешне. На практике помогать никто не хочет.

  • Женщинам, оказавшимся в ситуации насилия есть где укрыться в Нижнем Новгороде? 

Пять лет мы содержали государственную квартиру-убежище, а сейчас сотрудничаем с убежищем Епархиального центра помощи семьи и детям. 

  • Что значит содержали “государственную” квартиру? 

Квартирой-убежищем управляло Министерство социальной политики, мы только за нее платили. По факту, без их согласия мы не могли туда никого поселить, а для этого нужно было проходить вереницу бюрократических процедур. Это было социальное жилье и мы оплачивали коммунальные услуги. Потом они ужесточили условия: квартиру стали предоставлять только для женщин с ребенком не старше трёх лет, не говоря вообще об обязательном наличии ребенка. 

Замечу, что на тот момент чиновники не спрашивали, почему мы оплачиваем это жильё за счёт иностранных грантов. В планах у нас открыть свое убежище, где не будет такой бюрократии. И к этому почти все готово, даже мебель поставили, но с началом проверки сейчас нет времени её открыть для нуждающихся. 

  • В этом году вы проходили плановую проверку Минюста? 

Плановая проверка у нас была недавно и никаких явных нарушений она не выявила. Потом по инициативе прокуратуры у нас организовали внеплановую проверку и потребовали предоставить документацию за три года работы организации.

  • В комментарии изданию “Такие дела” вы отметили, что обратились в региональное министерство внутренней политики, которое курирует общественные организации. Там вам предложили Центру самому признать себя иноагентом.

Да, при этом мы с ними работали и никогда никто не говорил, что опасно получать эти иностранные деньги. А потом они заявляют, что нет оснований нас не признать иностранными агентами.

  • Вы были членом общественной наблюдательной комиссии по Нижегородской области по осуществлению общественного контроля за обеспечением прав человека в местах принудительного содержания несколько созывов, членом общественного Совета при Управлении МВД России Нижнему Новгороду. Полиция как то поменяла свое отношение к проблеме насилия?

В МВД нет системного подхода к этой проблеме- срабатывает чисто человеческий фактор. Бывает, что какие – то сотрудники прониклись и они к нам направляют пострадавших. Мы стараемся объяснять полиции проблему насилия:проводим мероприятия с сотрудниками полиции,ездим по участкам. 

  • Что будет, если вас признаю НКО-иноагентом? Будет ли сложнее работать? 

Я думаю, что да. От нас все отвернутся, мы не сможем работать с управлением образования, мы не сможем работать с соцзащитой. Могу перечислить по пунктам, что произойдет:

1. Мы будем должны заплатить штрафы в размере 300 000 и 100 000 рублей

2. Государственным организациям не рекомендовано работать с иноагентами, амы работаем с соцзащитой, полицией, ГУФСИН, образованием. Значит, мы не сможем проводить наши программы по работе с молодежью, со специалистами, с лицами , совершившими насилие.

3. У нас могут отобрать муниципальное помещение, в котором мы только что сделали ремонт своими руками.

4. Если помещение не отберут , то не дадут нам безвозмездную аренду, которую мы сейчас попросили. 

5. Мы не сможем давать бесплатную социальную рекламу о нашей работе и о проблеме насилия на улицах города, а возможно, и платную тоже.

6. Мы не сможем входить в общественные советы, в которые мы сейчас входим: в общественный совет при ГУВД, при Следственном комитете, в попечительский совет в социальной сфере 

7. Нам нужно будет проводить ежегодный аудит, хотя мы не фонд и обязательный аудит нам не нужен, а это для нас дополнительные расходы.

8. Мы не сможем получать многие российские гранты . Мы получили уже четыре президентских гранта. Эти средства помогают людям, находящимся в ситуации насилия. 

9. Нам придется согласовывать всю деятельность с Минюстом. Это будет большой проблемой, так её могут не согласовать вообще или согласовать несвоевременно. Это все приведёт к ещё штрафам для организации.

Поделиться:

Share on facebook
Share on twitter
Share on vk
Share on odnoklassniki
Share on telegram
Share on whatsapp