fbpx

Анастасия Бабичева: “Возможность ненасильственных отношений начинается с просвещения”

В России, как и во многих странах мира учебный год начинается с 1 сентября. Накануне «Дня знаний» мы поговорили с руководительницей волонтерского проекта «Знание остановит гендерное насилие» Анастасией Бабичевой. Этот проект появился в 2017 году и остается единственным негосударственным и некоммерческим проектом в Самарской области, специализирующимся на оказании профессиональной и полностью безвозмездной помощи людям в ситуации насилия. Одно из главных направлений проекта – информационная работа по профилактике насилия, в том числе среди детей и подростков. Тому, как меняется в обществе отношение к этой проблеме, как и когда о нем можно говорить с детьми и подростками, о силе просвещения в борьбе с насилием и о проблемах гендерной дискриминации мы была посвящена наша беседа с Анастасией Бабичевой. 

  • В своей работе вы делаете упор на просвещении. Как знание может остановить насилие? 

На наш взгляд, возможность ненасильственных отношений начинается с просвещения, с достоверного информирования. Например, не зная признаков насилия, не осознавая, что определенная ситуация является насильственной, человек не может вовремя распознать проблему, обратиться за помощью, закончить отношения. Это особенно важно, например, для проблемы психологического насилия или сексуального насилия в близких отношениях. Либо автор насильственных действий, руководимый ложными стереотипами по типу “бьет значит любит” может не осознавать, что его действия неприемлемы и насильственны, может не знать о том, что есть более здоровые альтернативы поведения. Причем это актуально не только для близких, но и для отношений между родителями детьми. Или еще пример: очень много манипуляций возникает вокруг принципа согласия – фундамента ненасильственных отношений. Но все эти манипуляции снимаются простым информированием о том, каковы признаки истинного согласия, как они применяются, что не является согласием и так далее. Кроме того, очень важно информирование о последствиях насилия. Например, мы работаем на базе травмоинформированного подхода(подхода, базирующегося на осведомленности о психологической травме и ее последствиях для человека) , и для нас очевидно, насколько важна информация о том, что такое травма наступившая как следствие насилия, как она сказывается на всей дальнейшей жизни человека, какие изменения происходят в мозгу, и так далее.

  • Недавно вы презентовали программу профилактики насилия для подростков и молодежи. В чем заключается профилактика и с какого периода она должна начинаться?

Программа профилактики насилия “Искусство ненасильственных отношений”, которую мы разработали и апробировали в 2019-2020 годах, ориентирована на ребят от 12 лет. Эта программа строится вокруг понятия “эмоциональный интеллект”, и именно через работу с эмоциональной сферой мы профилактиктируем насилие. Перед тем, как начать разрабатывать программу профилактики, мы провели психологическое исследование, которое подтвердило связь эмоционального интеллекта и насилия: опыт насилия снижает уровень развития эмоционального интеллекта, а сниженный эмоциональный интеллект повышает риски насилия в близких отношениях. Вот почему мы выстроили программу профилактики именно на базе понятия эмоциональный интеллект. Работа ведется с помощью методов арт-терапии: это активная музыкальная терапия (ребята играют на барабанах), метафорические ассоциативные карты, различные театральные техники (плейбэк театр, форум театр, док театр, психодрама), ролевые игры и так далее. В ходе программы подростки знакомятся с тем, что такое насилие, чем оно отличается от агрессии, и как конструктивно обходиться с собственной агрессией, что такое согласие, какие виды насилия существуют, как обезопасить себя от насилия и как действовать в различных ситуациях насилия. Это шестидневная программа профилактики, которую мы проводим в формате лагеря дневного пребывания в периоды школьных каникул. 

  • На ваш взгляд, в Самарской области есть местная специфика насилия? 

Что касается специфики насилия именно в Самарской области, то таковой я не наблюдаю. Мне кажется, что закономерности насилия скорее универсальные: дом, к сожалению, часто становится небезопасным местом; психологическое насилие имеет тенденцию перерастать в физическое; сексуализированное насилие более чем в половине случаев имеет место со стороны знакомых, близких и родных людей. 

  • Как в Самаре проходила самоизоляция? Фиксировали ли вы рост домашнего насилия? 

Да, в марте-мае 2020 года мы фиксировали рост обращений по проблеме домашнего насилия на 20-30%. Мы связываем это с ростом напряжения, тревоги, а также социального неблагополучия (потери работы, снижения заработка и так далее) в период самоизоляции. 

  • Кто участвует в вашем проекте? 

Наш проект полностью волонтерский, состоящий из команды профессионалов, которые оказывают помощь людям в ситуации насилия безвозмездную. Это несколько психологов и юристка, которые прошли соответствующую подготовку, в том числе, в рамках международного обмена опытом, и работают на базе травмоинформированного подхода (подхода, базирующегося на осведомленности о психологической травме и ее последствиях для человека). Кроме того, нам помогают волонтер-дизайнер, волонтер-тренер по йоге, помощники, кто ведет соцсети. 

  • На ваш взгляд, за три года работы проекта изменилось отношение к проблеме насилия? 

Да, бесспорно, отношение к проблеме насилия изменилось. Эта проблема стала артикулироваться громче и гораздо увереннее. Что касается Самарского региона, то проблема насилия, в целом, впервые появилась в информационном поле с началом работы нашего проекта. В течение этих трех лет мы наблюдали, как в самарском информационном пространстве меняется отношение к самому слову “насилие”: сначала его боялись произносить, предпочитая избегать; затем уточняли, что такое насилие, каковы его признаки и разновидности; а постепенно начинали интересоваться нюансами, реагировать на события, связанные с насилием, увереннее называть проблему “по имени”. Если говорить в общероссийском масштабе, то, на мой взгляд, за последние несколько лет ситуация изменилась принципиально: проблема насилия стала одной из основных в актуальной повестке. Да, общество по-прежнему демонстрирует много терпимости к насилию. Однако проблема обсуждается, уточняется, многие получают возможность впервые сформулировать свое мнение, и часто это мнение оказывается нетерпимым, не допускающим насилие. Радует, что сегодня все больше мужчин реагируют на проблему насилия и становятся более чувствительными к ней – я вижу это по активности в соцсетях, по публичным действиям медийных персон. Сейчас, на мой взгляд, гораздо больше чем, скажем, пару лет назад, для общества очевидно, что насилие это не норма, что это нездоровое, недопустимое социальное явление.

  • Закон о профилактике домашнего насилия необходим? 

Да, бесспорно. Я считаю, что закон о профилактике семейно-бытового насилия нужен. Одно из мнений заключается в том, что в России и так достаточно законов, защищающих от насилия, а проблема состоит скорее в правоприменении, в том, что эти законы не исполняются. Вот почему сегодня одна из основных задач помогающего сообщества по проблеме насилия – принуждение системы к исполнению законов. Однако я уверена, что в законах есть очень значимые лакуны, которые просто исключают возможность эффективной защиты от насилия. Например, нет механизмов, которые защищали бы от преследования. Нет реального наказания за побои. Нет обязательной психотерапевтической работы с агрессором. И так далее. Вот почему, на мой взгляд, закон необходим. 

  • Вы занимаетесь просвещением среди школьников?

Да, наша программа профилактики “Искусство ненасильственных отношений” направлена, прежде всего, на ребят среднего и старшего школьного возраста. Когда мы работаем со старшими школьниками и студентами, ребята часто дают нам обратную связь о том, что взрослые не разговаривают с ними на темы, связанные с насилием, при том, что эти темы, на самом деле, очень важны и актуальны для них. Когда на наши тренинги приходят школьники, то оказывается, что даже если ребенок не переживал насилие в свой адрес (что, увы, случается не так часто, как хотелось бы), он либо был свидетелем, либо знает о каких-то насильственных ситуациях. Это говорит о том, что для школьников проблема насилия столь же актуальна, как и для взрослых людей. Только вот детям сложнее самостоятельно разобраться в этой проблеме и найти из нее выход, если они включены в ситуацию насилия.

  • У вас есть союзники, партнеры среди чиновников или депутатов? 

Нет, таких союзников у нас нет. 

  • Как вы считаете, высокий ли уровень гендерной дискриминации в России?

К сожалению, уровень высок. Помимо очевидных гендерных стереотипов, которые все еще во многом определяют сферу отношений мужчин и женщин, до сих пор часто дискриминационный характер носит трудовая сфера. Известны статистические данные о том, что зарплаты женщин до сих пор на порядок ниже зарплат мужчин. Для России до сих пор актуально понятие “стеклянного потолка”, до сих пор существует широкий перечень профессий, запрещенных для женщин.

  • Кто обращается к вам за помощью? 

Мы каждый год анализируем обращения в проект, чтобы понимать, с какими проблемами к нам приходят люди и какова специфика обращений. В абсолютном большинстве случаев за помощью обращаются женщины с проблемой физического домашнего насилия, проще говоря- это побои со стороны партнера или мужа. В прошлом году средний возраст обращения был 35 лет, в этом – 32 года. В целом же, за три года работы к нам обращались женщины возраста от 16 до 74 лет.

  • В чем ваша внутренняя мотивация, почему вы занимаетесь проблемой насилия? 

Я занимаюсь профессиональной помощью как волонтер уже 12 лет. За это время я работала в детских домах, с инвалидами, с нуждающимися семьями, в постинтернатном сопровождении и так далее. Со временем у меня сформировалось понимание того, что никакая из проблемных сфер не свободна от насилия. Насилие, кажется, повсюду. Вот почему постепенно я пришла к мысли о том, что хотела бы заниматься именно этой проблемой – своего рода “корнем зла”. Однако в течении пары лет я не знала и не могла понять, как подступиться к этой проблеме, с чего начать, за что взяться, ведь насилие казалось мне всеобъемлющим, огромным. Но со временем рядом возникли единомышленники, затем появилась возможность обучиться работе по проблеме насилия, всё это дало мощную опору и большой ресурс. Так и началась наша работа в Самаре. 

  • Как к вам можно обратиться за помощью?
    К нам можно обратиться по телефону, электронной почте или в социальных сетях. Номер телефона +7 (987) 955-06-24 либо короткий номер для Самары 205-06-24. Электронная почта 911@help2stop.org А социальные сети – это Фейсбук, ВКонтакте и Инстаграм, где нас легко найти по хэштегу #знание_остановит_насилие

Беседовала Софья Русова

Поделиться:

Share on facebook
Share on twitter
Share on vk
Share on odnoklassniki
Share on telegram
Share on whatsapp