Юристы недоумевают: побои и угроза убийством - не преступление?!

Радио России

Некоторое время назад председатель Верховного суда г-н Лебедев встречался с президентом Владимиром Путиным; речь шла о защите прав человека в понимании нынешней гуманизации уголовного законодательства. Лебедев предложил президенту как гаранту конституции поддержать нововведения, которые, по его словам, были разработаны юридическим сообществом. Речь о декриминализации ряда преступлений небольшой тяжести: побоев, использования заведомо подложного документа, уклонения от уплаты алиментов, угрозы убийством. Законопроектом, который представлял глава Верховного суда, предлагается перевести их из уголовно наказуемых деяний в административно наказуемые...

Г-н Лебедев также сообщил, что возможна декриминализация и других статей Уголовного кодекса, например, предусматривающих ответственность за невыплату заработной платы и не предоставление информации. Сейчас пока действует норма, согласно которой за побои, уклонение от алиментов ответственные караются законом как уголовники: говоря проще, у них была судимость. Наказание могло быть различной степени тяжести, но человек на всю жизнь приобретал клеймо уголовника. Но таким образом государство определяло свои приоритеты: нельзя не платить алименты, избивать кого бы то ни было, - если человек так поступает, он - преступник. Теперь за подобное будет предусмотрен штраф.

Наши собеседники - люди, работающие "по другую сторону баррикад": они имеют дело с потерпевшими от семейного насилия и преступлений, которые до недавнего времени входили (и пока еще входят) в список уголовных. Наши гости - Мари Давтян, адвокат, эксперт Консорциума женских неправительственных организаций, и Александр Кошкин, ведущий юрист правозащитного движения "Сопротивление".

Мари ДАВТЯН: Любопытно, что, говоря о правах человека и гуманизации уголовного законодательства, председатель Верховного суда не учитывает права потерпевших. Если говорить о конституции Российской Федерации, о международных нормах, в которых Россия пока еще участвует, права человека, и в том числе права потерпевших , должны защищаться государством. Каждый человек имеет право на защиту от преступления. Что это значит? Если один человек нарушает основные права другого, такие как неприкосновенность личности, право на семью и семейное содержание, то эти принципиальные нормы права должны быть защищены, а люди, их нарушающие, должны наказываться уголовно. Это высшая степень заботы государства о потерпевшем.

Александр КОШКИН: Когда декриминализация оправдывается тем, что суды завалены работой, а основной мотивировкой является бытовой план, а не юридические обоснования, то, безусловно, это неправильно. Честно говоря, странно от председателя Верховного суда слышать аргументы... завхоза...Я считаю, что любая гуманизация, любое внесенное изменение в уголовный процесс должно быть мотивировано именно юридически...

----------------------------------------

Известно: погибшие в результате семейного насилия годами подвергались угрозам и побоям, но воспринималось это окружающими как часть нормального жизненного сценария. Согласно статистике, сорок процентов россиянок подвергаются различным формам насилия в супружеских или партнерских отношениях. И это, наверное, одна из наиболее страшных позиций, существующих в нашем общественном сознании..

Мари ДАВТЯН: У психологов есть "теория справедливого мира": обвинения жертв строятся на том, что вообще-то мир справедлив. И если с тобой что-то случилось, значит, ты сам этому как-то способствовал. Допустим, вот я хорошая жена, - меня муж не бьет. А раз тебя муж бьет - значит, ты плохая жена. И это мы встречаем везде! К сожалению, жертв насилия зачастую не поддерживают даже собственные родственники...И проблема эта в общественном сознании будет меняться еще очень долго...